Минутка великих женщин.
Сегодня, ув. друзья, своеобразный юбилей — 250-летие со дня смерти Марии Сусанны фон Штернернайсе (1759 — 1776). Точная дата её рождения неизвестна, но современники знали её как «Леонардо в юбке» или «Декарта в чепце» - хотя она, по сохранившимся сведениям, не носила ни юбок, ни чепцов.
Мария Сусанна родилась в Вадуце в семье бедного каноника и была младшей из 11 детей. Из отрывочных сведений известно, что её крестили в местной церкви св. Магдалены и что она не получала до восьмилетнего возраста никакого образования, кроме домашнего.
Однако Мария, как вскоре выяснилось, принадлежала к редко встречающейся породе ультравундеркиндов: к пяти годам она самостоятельно выучилась читать и писать на немецком, латыни, итальянском и французском, освоила арифметику и игру на клавесине. В восемь лет её как феномен представили князю Лихтенштейна, и тот принял личное попечительство над девочкой, в частности (в нарушение всех традиций) отправив её учиться в Цюрихский университет. Там фон Штерненрайсе произвела своеобразную сенсацию, за неполные два года, то есть к 10-летнему (!) возрасту получив диплом доктора красноречия и герменевтики (её работа «Studiae Inscriptionum Latinarum» - одна из немногих сохранившихся до нашего времени полностью работ) и, что совсем неожиданно, доктора навигации и географии. Достижение тем более удивительное, если учесть, что девочка была католичкой, а антагонизм между протестантами Цюриха и католиками тогда был силён.
Мария Сусанна после этого, если верить её биографу Орелли, заколебалась: продолжить ли обучение в Цюрихе (она проявляла интерес к философии) или проверить свои идеи на практике. Разумно рассудив, что в 11 лет переходить к последней ещё будет сопряжено с трудностями, фон Штерненрайсе осталась учиться и стала в 1772 году доктором философии. К этому времени относятся отчёты о диспуте «О совместимости свободы и предопределения», в ходе которого 14-летняя девица публично разгромила знаменитого кальвинистского теолога Виктора Хинкеля.
Далее в жизни Марии Сусанны случился поворот, достойный авантюрных романов. Несмотря на появившиеся во множестве предложения замужества (отметим кстати, что отважные швейцарцы не боялись умных девушек), она исчезла из Цюриха и спустя пару месяцев возникла в Ливорно, тосканском порту, где неожиданно поступила (возможно, поначалу скрыв свой пол) юнгой на бриг Empresa, отправлявшийся исследовать малоизученные области Южных морей. Обман — если таковой был — довольно быстро раскрылся, но это не повредило карьере Марии Сусанны: капитан Хорхе Иглесия фактически назначил её своим старшим помощником, и отчёты экспедиций (включая открытие архипелаха Сан-Вулкано) показывают, что она стала истинным командиром. Судовой доктор де Фуэго, оставивший воспоминания о плавании «Эмпресы», пишет без обиняков, что эта юная амазонка «была для всей команды и капитаном, и штурманом, и навигатором, и наставником».
По рассказу де Фуэго, смекалка Марии Сусанны не однажды спасала экипажу жизнь.
Но, кажется, у судьбы есть что-то против людей, горящих слишком рано и слишком ярко. Во время схватки с флотилией трафальмадорских пиратов Мария Сусанна простудилась (она, по словам биографа, «нырнула со шлюпки и проплыла в холодной воде почти двести ярдов, чтобы приладить бочонок с порохом к флагману противника») и слегла.
В 1775 году «Эмпреса» с триумфом возвратилась в Испанию из кругосветного плавания — и с телом Марии Сусанны. Она была похоронена в церкви королевского дворца в Мадриде, и её отдельная капелла сохранилась до реконструкции 1890 года.
Память о ней, к сожалению, куда слабей, чем хотелось бы. Строго говоря, лишь разрозненные сведения существовали до 2012 года, когда во Франции вышла её беллетризированная биография известной исследовательницы Евы Брюн.
Тем не менее в романских языках по сей день сохранилось выражение «Marie-Susanne», которое употребляют, желая охарактеризовать девушку с поразительными дарованиями и столь же поразительно быстрой и блестящей карьерой.
